«Черная вдова» не могла позволить какой-то девке отобрать её законное место и наняла киллеров

Однажды, весенним днём 1995 года, глава клана Гуччи, красавец и плейбой Маурицио Гуччи, неспешно вышел из своего роскошного офиса на Виа Палестро.

Едва он ступил на тротуар, как к нему тотчас подбежал мужчина, молча вытащил револьвер и несколько раз нажал на курок.

Маурицио медленно осел на землю. Он даже не успел понять, что произошло. Преступник бросился бежать и вскоре скрылся, растворившись в лабиринте миланских улочек.

Следствие почти сразу зашло в тупик. Мотивов и потенциальных недоброжелателей у Дона Гуччи было более чем предостаточно.

Его ненавидели конкуренты и завистники, обманутые деловые партнёры и кредиторы, и даже родственники, которых он беспощадно убрал из компании.

Некоторые строили предположения, что мафия решила свести с ним счёты. Короче говоря, врагов у Маурицио хватало. Именно поэтому полиция терялась в догадках.

Прошло целых два года, прежде чем стало известно, что за этим преступлением стояла бывшая жена Маурицио, на тот момент 50-летняя Патриция Реджиони-Мартинелли, которую светские сплетники впоследствии окрестили Чёрной Вдовой.

На допросы она являлась облачённая в роскошные темные меха. С идеально уложенной прической и ярким макияжем, мадам Гуччи выглядела изумительно. Казалось, что обвинение в преступлении против экс-супруга её нисколько не смутило.

«Я знаю, что вы пришли арестовать меня по делу о гибели моего мужа», — будничным тоном сказала она карабинерам, когда те заявились в ее шикарные апартаменты.

Затем невозмутимо поправила безупречную прическу, бросила прощальный взгляд в зеркало и позволила увезти себя в полицейский участок. Чёрная Вдова до 2016 года отбывала срок в миланской тюрьме. Но, похоже, даже там она вела себя как королева.

Стоит отметить, что жизнь Патриции задолго до трагических событий напоминала остросюжетный роман.

Она была очень красивой девушкой из бедной семьи и даже не мечтала, что на одном из светских раутов познакомится с Маурицио. Гуччи, утонченный аристократ и избалованный плейбой, сразу выделил яркую брюнетку из толпы. Их глаза встретились, вспыхнула искра…

Они протанцевали весь вечер. На следующий день было свидание. А через пару месяцев влюбленные уже просыпались в одной постели. Маурицио знал, что отец будет против. Ещё бы, ведь Патриция была «простолюдинкой», без роду и племени.

Но что значил родительский гнев по сравнению с любовью?

Не успели высохнуть чернила на свидетельстве о браке, как разразился грандиозный скандал. Отец Маурицио рвал и метал.

Кричал, что лишит сына наследства, грозился уморить голодом. Осыпал Патрицию отборными ругательствами, называл охотницей за приданым и последней девкой.

Читайте также  Как в анекдоте: Вовочка приходит на урок с подбитым глазом, его учительница и спрашивает

Но влюблённым было на это плевать. Плейбой знал родителя как облупленного, понимал, что ничего подобного тот не сделает, и не хотел себя расстраивать.

Маурицио положил к ногам Патриции одну из мировых империй моды: у Гуччи были сотни магазинов, десятки мастерских, на них работали лучшие дизайнеры.

Миллионы стоило само имя Гуччи, давно ставшее олицетворением высочайшего стиля и непревзойденного качества, символом принадлежности к элитарному миру «от кутюр».

Казалось бы, о чем ещё можно мечтать?

Но, не все так было просто…Клан сотрясали склоки и распри, по накалу страстей сравнимые с шекспировскими трагедиями. Братья ополчались на братьев, отцы проклинали детей, а кузены и кузины плели друг против друга коварные интриги.

Началось все с того, что основателя компании Гуччио Гуччи, нищего носильщика из отеля, выгнал из дома его собственный брат. Гуччио затаил обиду на всю жизнь.

Яростным трудом и недюжинной предприимчивостью он сумел подняться из грязи в князи, создав империю роскоши.

Сначала Гуччио таскал чужие саквояжи, потом сообразил, как можно сделать их легче, красивей и вместительней. Он накопил денег, вернулся в Италию, открыл первую небольшую мастерскую.

И дело пошло — вскоре у Гуччи появляется магазин во Флоренции, затем в Милане, он изготавливает стильное снаряжение для верховой езды, саквояжи, ремни, портмоне…

И все время что-то изобретает. Его открытием стали кожаные сумки с бамбуковыми ручками, дизайнеры его компании подарили человечеству мокасины и шелковые шейные платки.

Фирменная марка Гуччи — две скрещенные латинские буквы «G» — триумфально шествовала по миру, покрывая его сетью принадлежащих компании бутиков. Семья богатела на глазах, а у старого Гуччи стремительно портился характер.

Пока он был жив, домашние ходили по струнке; позже, начиная с шестидесятых годов, семейные раздоры Гуччи служили для итальянцев бесплатным развлечением.

Их сравнивали с Монтекки и Капулетти — взаимная ненависть была столь сильна, что Гуччи были готовы взяться за стилеты.

У Гуччио Гуччи было пятеро детей. Единственную дочь он выгнал из дому сам, двое старших сыновей выставили за порог младших, а затем начали долгую, утомительную междуусобную войну.

Со временем в нее живо включились и внуки старого Гуччи. Прямые наследники патриарха на заседаниях правления пускали в ход кулаки.

Их дети предпочитали действовать через суд: после точного броска восьмидесятидвухлетнего сына Гуччио Гуччи, метнувшего магнитофон в своего отпрыска, чадо отправило родителя за решетку.

Читайте также  Светлана Крючкова: тяжелобольная актриса уже много лет борется со своим недугом, но сдаваться не намерена

(Сынок рассказал прокурору все, что знал о налоговых махинациях отца.) Победил самый зубастый в клане: Маурицио, один из внуков основателя империи.

Он прибавил к своим 50 процентам акций 3,3 процента, купленные у одного из кузенов, и стал крупнейшим акционером компании. После этого предприимчивый молодой человек пустился во все тяжкие.

На правах победителя молодой Гуччи принялся сорить деньгами. Скупал недвижимость по всей Европе, заказал самый большой в мире парусник, приобрел личный самолёт (на котором возил подарки своим пассиям), закатывал безумные вечеринки на Лазурном берегу.

В общем, жил на широкую ногу. Бухгалтерия Гуччи трещала по швам, долги росли как снежный ком.

Чтобы залатать финансовые дыры, Маурицио даже продал часть акций арабскому консорциуму. Разумеется, родственники были в ярости и принялись строить ему козни с утроенной силой.

…Со временем его брак с Патрицией начал постепенно разваливаться. Сказывалась разница характеров и темпераментов. Оба были упрямы, ревнивы, до безумия любили роскошь и не желали ни в чём себе отказывать.

Они то неистово любили друг друга, то люто ненавидели. Скандалы сменялись примирениями, а предательство – вспышками ревности.

Вскоре Маурицио окончательно охладел к жене и завёл роман с длинноногой моделью. Он осыпал юную пассию бриллиантами и возил на своей яхте по островам. Патриция же сходила с ума от ревности и унижения.

Целыми днями сидела дома, курила, заедая стресс сладостями, так что сильно располнела. В конце концов, она решилась подать на развод.

Процесс вышел скандальным, грязным и долгим. Ушлые репортёры смаковали на первых полосах подробности некогда шикарной жизни четы Гуччи.

Отсудить у бывшего благоверного достойные отступные оказалось непросто. Маурицио был скуп и упрям. В конце концов сошлись на смехотворной, по меркам семьи, сумме в 1,5 миллиона долларов в год.

«Это даже не тарелка супа, а какая-то жалкая чечевичная похлёбка!» — возмущалась оскорблённая Патриция. Но поделать ничего не могла.

Она страшно переживала, что бывший муж выкинет её с дочками из роскошного особняка и те останутся вообще ни с чем.

Последней каплей, переполнившей чашу терпения экс-мадам Гуччи, стало известие о грядущей свадьбе Маурицио с молоденькой красоткой.

Патриция, которая даже после развода считала себя истинной хозяйкой Дома Гуччи, была взбешена. Она поклялась, что скорее уйдет из этого мира, чем позволит какой-то девке отобрать её законное место.

Читайте также  “Такой молодой! Ничто не предвещало беды”, – кончину Погребинского сравнили с уходом Турчинского

Тогда-то несчастная женщина и решилась на преступление. Поначалу хотела нанять обычных громил, чтобы хорошенько проучить неверного муженька. Те должны были подкараулить Маурицио и навалять ему как следует.

Расправу планировали обставить как обычное ограбление. Патриция действовала через свою ближайшую подругу, гадалку Джузеппину, которой в качестве платы за услуги пообещала долю в бизнесе Гуччи.

Но Джузеппина быстро смекнула, что этим дело не закончится, поэтому не стала искушать судьбу и подыскала для дела профессиональных киллеров. За солидный гонорар те согласились выполнить заказ.

Увы, с выбором исполнителей Джузеппина прогадала. На поверку киллеры оказались редкостными болванами.

Они наследили на месте преступления, засветились на камерах видеонаблюдения, проболтались подружкам… Когда их, в конце концов повязала полиция, ребята быстро сдали и Патрицию, и её подельницу.

Примечательно, что саму мадам Гуччи, похоже, даже не волновала перспектива провести остаток жизни за решёткой. За месяцы, предшествующие преступлению, её мозг буквально вскипел от ненависти.

Патриция совершенно потеряла чувство реальности. Целыми днями она бессвязно бормотала о мести, строила всё новые безумные планы и совершенно не заботилась о конспирации.

На суде Чёрная Вдова сидела с застывшим, словно фарфоровая маска, лицом. Она почти не реагировала на обвинения, не выказывала ни малейших признаков волнения или раскаяния.

Создавалось впечатление, что Патрицию совершенно не заботит собственная судьба. Она лишь хотела удостовериться, что соперница больше никогда не сможет занять её место.

Когда прозвучал приговор –29 лет тюремного заключения – мадам Гуччи и бровью не повела. Спокойно поднялась, одёрнула безупречный жакет цвета воронова крыла и гордо проследовала за конвоем.

Она знала, что сейчас закончилась не только её история, а подошла к концу целая эпоха в жизни великой империи моды.

Поговаривают, незадолго до ареста Патриция начала писать мемуары, где в мельчайших подробностях описывала преступление. Следователи обнаружили рукопись в ящике её туалетного столика.

Последняя фраза в исповеди Чёрной Вдовы звучала так: «Жить – опасное занятие. Одни уходят из этого мира от болезней, другие – от руки киллера».

Сегодня Дом Гуччи принадлежит одной из французских компаний, и тем не менее сам бренд по-прежнему остается верен своим итальянским корням.

Каждая коллекция Гуччи — это что-то новое, изысканное и ни с чем не сравнимое сочетание традиций, классики и современности.

Источник